Ксения Конева

Вопрос этот меня, конечно, не мучил, но попотеть пришлось, чтобы найти ответ. Вообще, каждый из нас прекрасно понимает значение слова «лох». Если взять современный толковый словарь русского языка, то мы читаем: «Глупый человек, простак; наивный, доверчивый человек». И говоря по чести, нам с детства не хочется быть названными именно таким обидным словечком.

Надо сказать, что при всём своём почтенном возрасте (а «лоху» уже около двух веков), слово это, давно став жаргоном, так и не выходит из моды. Но обо всём по порядку.

Взяв целую стопку словарей, я была, мягко говоря, обескуражена и сбита с толку тем, что они мне «рассказали».

Советский энциклопедический словарь буквально открыл мне глаза. Оказывается, «лох – род деревьев и кустарниковых семейства лоховых. Произрастает в Северной Америке, Азии, Австралии и т.д.» Интернет ещё и дополнил: «Род лохов насчитывает 40 видов. Небольшие листопадные или вечнозелёные деревья, часто растущие кустовидно, с красивыми серебристыми побегами и листьями, душистыми цветками, плодами-костянками. Неприхотливы, светолюбивы, засухоустойчивы, хорошие медоносы. Благодаря наличию на корнях клубеньков с азотфиксирующими бактериями являются породами, улучшающими почву. Все виды лоха представляют интерес как декоративные растения».

И вот интересно, каким образом слово «лох» стало не только названием целого рода деревьев и кустарников, но и ещё обидным названием доверчивого и простого человека? Неизвестно...

Но я обратилась всё-таки к истории. Этимологический словарь приводит два совершенно разных слова. Итак.

«Лох» первый – «отощавший лосось после нереста в реках». Так эту бедную рыбку называли в Оренбурге и Уфе. А пришло к нам в язык это слово из финского и карельского – lohi «лосось».

Второй «лох» означает «дикую маслину, Eleagnus». Возможно, этот второй и связан с тем самым «лохом», который является вечнозелёным и интересен для декора.

Какое-то странное слово, не правда ли? Совершенно ничего плохого, и с жаргонами не связано.

Далее словарь (составленный Фасмером в 1950-1958 годы) даёт нам другую статью: «Лоха. «дура», псковское, тверское (Даль). Возможно, от лошь – «плохой».

Благодаря Владимиру Ивановичу Далю мы теперь и узнали это странное само по себе слово с ударением на первый слог. По-видимому, на тот момент, когда Даль собирал материал (а вы, наверняка, помните, что он разъезжал по губерниям и буквально слушал, как говорят люди), это было диалектом. Сейчас оно всё-таки ушло из повседневного обихода жителей Псковской и Тверской областей.

Сам словарь Даля даёт нам другую статью:
«ЛОХ м. сев. рыба семга, лосось, облоховившийся по выметке икры: лосось для этого подымается с моря по речкам, а выметав икру идет еще выше и становится в омуты, чтобы переболеть; мясо белеет, плеск из черни переходит в серебристость, подо ртом вырастает хрящеватый крюк, вся рыба теряет весу иногда наполовину и называется лохом. В море уходит она осенью, и перезимовав там, отгуливается и опять обращается в лосося.»

Теперь давайте прислушаемся к самому слову, так сказать, попробуем его «на вкус». Произнесите его про себя несколько раз. Ну, что? Какие выводы можете сделать? Со словом «лох» можно найти созвучия: плаха, сполохи, плохо… Правда, слово «сполох» не вызывает негатива – народное название северного сияния, а также зарницы.

Но вот что было найдено на просторах Интернета. Оказывается, «ло» – это древний корень и связан с энергетической основой. А всё слово «лох» есть «энергонасыщенное основание (среда соединения, слияния) сохранения (остановки, прекращения) начала (истока)». Позднее стало ассоциироваться с торможением, даже разложением жизненных процессов. Скорее всего, эта последняя ассоциация и была вложена в основу слов «плохо», «плаха» и т.д.

Но теперь отвлечёмся от этого сложного и достаточно странного объяснения и вернёмся к истории. Помните, ещё в начале я сказала, что «лоху» около двух веков. А теперь ещё и припомним бедного лосося, идущего на нерест. Так вот, лосось, поднимаясь против течения, преодолевает крутые каменистые пороги. Рыба идет плотным косяком, не заботясь о своей безопасности, хватая всё, что похоже на еду, и рыбаки в это время добывают ее, сколько угодно.
Постепенно это слово перешло из народного языка в жаргон бродячих торговцев – офеней. «Лохом» они называли крестьянина, приезжего из деревни в город, которого можно было легко надуть.